[identity profile] monpansie.livejournal.com posting in [community profile] weissfic_k_archive
Название: Дер Хексер
Автор: monpansie
Фэндом: действующие лица - Weiss Kreuz, окружающий мир - "Ведьмак"
Жанр: юмористический, стеб.
В главной роли: Шульдих, в других главных ролях – другие.
Саммари: Шульдих должен спасти мир в мире «Ведьмака» А. Сапковского.
WIP

Черный-черный гроб

Шли они не спеша и молча. Минут пять из восьми километров. Потом Шульдих не вытерпел – молчания и напряжения.
- А как же тактика? Или стратегия? – воскликнул он. – Хоть что-нибудь?!
Айя остановился. Резко и решительно – Шульдих чуть не влетел в него со всего размаха.
- Тоже думал, – уронил рыцарь словесную гирю на ментальную ногу собеседника. – Что надо тактику или стратегию применить. Просто пока не решил – что.
- Давай тактику, – предложил Шульдих. – Это как-то компактней. Обозримей. А то твоя стратегия всегда может оказаться чьей-нибудь тактикой, а это обидно. Или бесит.
Айя подумал и кивнул.
- Привал, – объявил он.

Они привалились к стволам раскудрявых берез, Шульдих с ромашкой в зубах воззрился в небо, Айя достал вещмешок и погрузился в него – руками по локти и головой по плечи.
Порш мирно пасся неподалеку и игриво щипал траву за филейные места.
У Айи в сумке были: еще вареные яйца - бесконечное количество, теплое и соленое рыхлое сало – один корявый кусок, соль в бумажке, кубики сахара – штук пять, холщовые суровые рыцарские салфетки с меткой-инициалами - чистые, но мятые, спутанные деревянные полутораметровые четки, и как вестник из другого мира – проездной на позапрошлый месяц - розовенький.

- Хорошо тут, - сказал Шульдих, перекатывая ромашку во рту. – Ну, так-то – цветочки, да? Пахнет. Облака клубятся и бегут – куда они бегут? Так быстро бегут! Жизнь - песок сквозь пальцы – но золотой песок! Он радует! Если бы не твари всякие – так прямо рай земной. Жил бы и жил.
- Да все как везде, – сказал Айя, интенсивней копаясь в мешке. – Твари тьмы – они везде. Тут только видовое разнообразие шире представлено.
Шульдих притаился.
- Так как-то все, да, – находчиво сменил он тему и снова стал задумчиво разглядывать небо.

Айя взял вещмешок за углы и с силой вытряхнул содержимое на траву – все, что осталось после яиц, сала и розовенького просроченного проездного из высокотехнологичного будущего – в куче нашел короткий обкусанный карандаш, взял его и торжественно объявил:
- Брифинг!
Шульдих стал чистить вареное потрескавшееся яичко.

- Можно просто пойти туда и убить это,- сказал Айя, решительно сжимая брифинговый карандаш и взирая.
- Сначала надо узнать, куда и кого, – предположил Шульдих.– Нужна карта. А то так непонятно. Велика вероятность ошибки. Или низка вероятность правильного решения. Можно зайти в такие... Этак далеко можно зайти, - пояснил он.
От Айи подуло сильным речевым импульсом – колыхнулся нестойкий разросшийся борщевик.
- Конечно же, есть мох! – торопливо добавил ведьмак – Мох! Конечно! Это первым делом! Все найдем - ибо мох! Но - это про направление, а нам нужна... дислокация вражеских сил!
Айя одобрительно кивнул.

- Не нужно сразу в пещеру – это необдуманно, – Шульдих как бы невзначай, робко взял драгоценный карандаш. - Что мы – герои из сказки? Пойди туда - не знаю куда – и что? – какие последствия? – в итоге неведомая царевна обильно кропит твой труп живой и мертвой водой, а потом выходит замуж за зомби. Даже жалко как-то девушку. Нам же, друг мой, не приходится надеяться даже на доброхотных царевн – в такой то глуши и с нашим-то бэкграундом, - Шульдих чувствовал слабую надежду на спасение или хотя бы отсрочку наказания и не останавливал дозволенные речи. - Наверняка рядом с пещерой есть селенье – селенье всегда есть, – убедил он. - Люди селятся, вообще, где попало – на двадцатом этаже, на окраине города, на центральном проспекте, в отеле "все включено", в отеле без завтрака! Это особенность людей – заселять землю – они только это и делают последние тысячелетия, при этом почему-то истерично боятся вымереть в своей огромной массе и совершенно не учитывают, что умирать будет каждый сам по себе – один и навсегда - так что тут обязательно село есть. Местных жителей надо пристрастно и надоедливо расспросить сорок раз об одном и том же - мы стопроцентно узнаем что-нибудь крайне полезное – даже если безотносительно нашего дела. Несметно обогатимся – знаниями. Нужно составить список вопросов – ненавязчивый и подробный – типа оксфордского теста – вопросов двести-триста. Заполнял такой? А по результатам теста – решительно – или нерешительно - действовать.
Айя ревниво отобрал карандаш – Шульдих вернул недолгий командирский трофей с некоторым сожалением.

Строго придерживаясь мха, ведьмак и рыцарь, действительно, вышли на селенье.
Селенье было небольшое, сплошь усаженное подсолнухами, мальвой и горохом. Горох уже созрел, и Шульдих надрал себе стручков.
- Сахарный, – предложил он Айе.
Айя сгреб стручки.
На пороге избы показался добродушный крестьянин с вилами в руках.
- Горох красть?! – почему-то крикнул он вместо приветствия.
Соратники бодро и гордо удалились.

Неподалеку подпирал плетень еще один мужик – примерно такой же, как первый, но без вил в руках - к нему-то и подошел Шульдих, крепко сжимая список вопросов в уме.
- Здорово, паря! – развязно и общительно сказал ведьмак. - Как посевная? Небось, посевная у вас?
Мужик замер.
Шульдих немедленно воспользовался замешательством сельского жителя.
- Сводит ли у тебя, паря, время от времени мышцы, даже когда для этого нет никакого логического объяснения? – незаметно приступил он к тесту.
Мужик округло посмотрел на Шульдиха и вдруг горько зарыдал. Слезы, величиной с сожранные друзьями сахарные горошины, катились по темнозагорелым щекам, оставляя широченные дорожки в пыли.
- Ты чего... паря, ты чего? – Шульдих оторопел. - Ты из-за мышц, что ли? Сводит? Так наверняка есть логическое объяснение-то! Есть!
Крестьянин утер личину рукавом и снова воззрился на Шульдиха.
Шульдих занервничал.
- У нас тут горе! – вдруг выкрикнул зареванный пейзанин – соратники крупно вздрогнули. - Такое горе! Такое горькое горе! – И он зарыдал пуще прежнего.
Вокруг спешно собирался народ. Некоторые бежали с соседних улиц, бросая садовый инвентарь и недокуренные самокрутки. Людей было как-то многовато для столь небольшого населенного пункта – это настораживало. К тому же через какое-то время весь набежавший народ почему-то рыдал.
- Вы чего? – испуганно спросил Шульдих.
- Ты послушай! – вскричал народ и выдвинул вперед девку - представителя от народа в модной ассиметричной плахте, тоже сильно зареванную. – Послушай!
Шульдих изобразил на лице внимание. Айя не стал.

Девка оправила плахту и гордо начала рассказывать, иногда горестно всхлипывая и победно улыбаясь.
- Как-то вечером прибыл сюда странник, - сообщила она – Поздненько уже было, темно. Уж спали. Улеглись – стучат. Тук-тук. Тук. Пришел. Такой – высокий, в черном, весь в черном – рубаха черная, штаны черные, штиблеты черные, онучи черные, чернющие! Я таких чернющих онучей в жизни не видела! А сам бледненький такой! Пришел, вселился в гостиницу, а на завтрак не вышел.
- Гостиница с завтраком, – отметил Шульдих.
- Пошли к нему! Стучимся! – вскричала девка, вколыхнув разомлевший от слез и летнего солнышка народ, и заломила руки, – Вломились! С топором! Кричим! А он лежит, сердешный, на кровати, ручки сложил и весь как есть помер! Лежит мертвее мертвого и не дышит. Трясли его. Пшебыслав тряс! Вставай! Проснись! Раз - по одной щеке! Раз - по другой! Пшебыслав бил! Нет реакции. Водой окатывали – куда! Покойник!
При кодовом слове "покойник" крестьяне опять стали вразнобой рыдать, утираться рукавами и руками и горестно высмаркиваться в них же.
- Вот так ручки сложил, - показала девка, – Вот так вот – смотри!
Шульдих посмотрел. Айя тоже – с любопытством.

- Ну, переодели мы его сообразно ситуации, положили в гроб и снесли в церкву. Но! – девка воздела палец и немного проткнула им небо. – Тут-то и заминка!
Народ безмолвствовал.
- Надо же его отчитать! – девка всхлипнула и пожала плечами. - По книге, как положено. А у нас-то неграмотные все. Каждый знает по одной букве - я две! - гордость полыхнула в ее глазах. - Но семеро в отъезде на ярмонке – не соберем кворум - семь букв прочь из текста, сразу разночтения! А ты, сразу видно, человек знающий. Вот как-то видно. Почитай книжку три ночи. Мы заплатим! Информацией! Информация правит миром. У кого информация – у того власть. Понял? Хочешь власти? Будет! Ты уж отчитай. У тебя получится. Вот тебе книга – по ней и читай. Хорошая книга – сразу видно. Всегда по ней читаем.
Девка протянула Шульдиху толстенную книжищу в серой ободранной обложке.
"Божественная комедия" – значилось на ней.

- Лучшую комнату в гостинице и сковороду жареной картошки, – быстро среагировал тороватый Шульдих.
- С салом, – хрипло добавил Айя.
Почти в мгновение ока все это было предоставлено.
- О делах опосля, – сказал Шульдих и взял вилку.
Пшебыслав – крупный, корявый, узкоглазый, здоровенный мужик - порезал им хлеба, выловил из бочки соленых огурцов, не пожалел и лука – прислуживал охотно, иногда заглядывал в глаза, и Шульдих невольно щурился – тоже взглядывал Пшебыславу в глаза.
Картошку селяне пожарили на славу.

Спускался вечер. Веяло прохладой и березовыми вениками. Выли собаки и пьяные мужики песню. По голубенькому небу плыли розовенькие облачка.
Шульдих раздумчиво смотрел на свои сапоги.
- Вот как-то прямо неохота идти читать,- сказал он. - Да и читал я эту книгу уже. Может, не всю, но в общих-то чертах знаю про что, – он рассеянно листал великое творение. – Я б заблудился в сумрачном лесу сейчас...
- Ступай, дорогой возьмак, – поясно кланялись мужики, временно переставшие выть. – Ступай, делай дело.

Дверь за Шульдихом захлопнулась с таким грохотом, что церквушка едва не развалилась.
Внутри оказалось просторней, чем казалось снаружи.
Шульдих не знал, что и думать - хорошо это или плохо.
Гроб, как положено, стоял посреди церкви. Весь заваленный цветами и залепленный свечками. Разило ладаном.
- Круг, что ли, очертить? – сказал Шульдих вслух, но потом вспомнил полуночниц и махнул рукой.
- Бестолку это все, – обратился он к какому-то суровому образу на стене.
Тот молчаливо укорил.

В церкви было темновато, свет бледными одинокими дрожащими пятнами толокся около малочисленных свечек – больше всего дрожащих огоньков было около гроба – единственное большое светлое пятно в этом мрачном месте.
Мертвец в гробу показался Шульдиху смутно знакомым. Неуловимое, необъяснимое и какое-то болезненное чувство вызывал в нем этот усопший незнакомец. Не сдержав пугающего любопытства, Шульдих приблизился к покойнику и взглянул ему в лицо.
- Кроуфорд! – тут же вскрикнул он не своим голосом, и побледнел смертельно – от страха перед Кроуфордом.
В церкви было тихо. Слишком тихо. Только глухое шуршание горящих свечей и редкий непонятный и необъяснимый скрип досок.

Пятясь, Шульдих отошел подальше от жуткого гроба, приладил книгу и свечку на подставку, раскрыл и стал громко читать.
Какое-то время было так же тихо и как-то пусто. Пустынно. Прочитанные строфы терялись в воздухе, не достигая потолка, не достигая неба – вязли где-то внизу.
А потом все замерло.

Кроуфорд обреченно поднялся из гроба. Он был бледен как мел, а рот у него был красный как кровь. Еще у него были длинные кривые ногти. А пальцы унизаны перстнями с багровыми и бордовыми камнями. Одет он был в белый саван на манер распашонки.
- Привет, – сказал красногубый вурдалак.
Шульдих дико перекрестил Кроуфорда, а потом себя.
- Отчитывай давай, - строго сказал покойный. – Ты зачем тут - забыл? А вообще, это я тебя должен отчитать.
Шульдих схватил книгу и, запинаясь, начал читать – все громче и громче - все, что написано, включая сноски.
Кроуфорд вылез из гроба, спрыгнул на пол и начал ходить вокруг начитанного ведьмака.
- Круг очерти, – приказало начальство - Не видно, как ходить.
- Не помогает, – взмолился Шульдих, - Бестолку все, – он взглядом призвал затерянный в полумраке суровый образ в свидетели.
- Рисуй! – грозно вскричал мертвец.
Шульдих мгновенно нарисовал круг подвернувшимся розовеньким мелом.
- Хорошо, – сказал Кроуфорд и стал ходить вокруг круга и щупать воздух.
Шульдих читал как попало, сбивая интонацию и пренебрегая орфоэпией, и поглядывал на кружащего белым коршуном Кроуфорда.
Тот громко клацал зубами и уточкой вытягивал губы, глаза у него были закрыты, но иногда один глаз он открывал и смотрел, где Шульдих и где мелованная окружность – соблюдал границы.

Через полчаса криволинейных хождений мертвец снова лег в гроб и что-то выкрикнул сиплым, жутким, простуженным голосом – черный гроб немного взлетел, потом еще - повыше.
- Пригнись! – крикнул Кроуфорд, рассекая мрачной домовиной воздух.
Шульдих повалился на дощатый пол.
Покойный пророк попытался встать в гробу, но не мог удержаться и летал лежа, посматривая вниз на распростертого ведьмака.
Налетавшись, Кроуфорд спикировал вниз и грохнулся, чуть не повалив все благодарственные венки и свечки.
- Плохо еще приземляюсь, - пояснил он, снова вылезая из гроба.
- Что дальше будешь делать? – заинтересовался Шульдих.
- Читай! – рявкнул покойник – Без вопросов! Что такое! Что за самодеятельность! Безответственность!
Ведьмак воззрился в книгу, слезы туманили ему мутный взор.
- "Едва ко мне вернулся ясный разум, Который был не в силах устоять Пред горестным виденьем и рассказом"... Как про меня! - возопил Шульдих, пронизанный великими строками словно самонаводящейся стрелой - насквозь, - Да как он вернется этот ясный разум? Куда ж ему возвращаться? Кто его ждет? Никто! Я не жду уже! Я отрекся! Не нужно! Прочь! Где его дом? Нет дома! Пепелище. Нет стен. Нет крыши. Рухнула крыша! Куда ему вернуться? – бесприютный он странник теперь!
- А вообще интересно Данте пишет, – отметил он полминуты спустя, неожиданно увлекшись текстом. – Занятно. Про жизнь. Про простых людей.

- Сейчас буду нечистую силу звать, – по-деловому пояснил Кроуфорд. – Сотворю заклинания. Раньше на три ночи растягивали все это действо, но это только время терять. Я предложил сократить сроки для выполнения поставленной задачи. Тайм-менеджмент.
- А какая задача? – заинтересовался Шульдих.
- Ну... - Кроуфорд задумался, не ответил, а потом начал творить заклинания.
Вдруг неприятно зашумело, и захлопало и засвистело и так же внезапно стихло.

- Что-то не то, – Кроуфод полез в складки савана-распашонки – Не то. Слова какие-то, что ли, местами поменял? Или ударение? Сейчас найду текст. Главное, чтобы не...
Тонко зазвенело – тонко и как будто далеко - тонко, долго, протяжно, терзая, мучая - потом приблизилось и опять в одно мгновение стихло.
Кроуфорд нахмурился.
Шульдих следил за сменой настроения босса с утрированным и искренним вниманием.
- Плохо, – сказал упырь-начальник.
- Что плохо? – Шульдиху уже было плохо.
- Все плохо, – сказал Кроуфорд, тревожаще не поясняя. - Не помогает, говоришь? – поинтересовался он, указывая ногтистым пальцем на круг.
- Нет. Я пробовал, – умоляюще ответил Шульдих.
- Может, ошибся все же, и сработает? Ошибаться ты мастер. Либо досадная случайность – а она не должна повториться. Вопрос веры. В это, - Кроуфорд бодро вскочил к Шульдиху в круг.
Шульдих как ударенный током вздрогнул от такой внезапной телесной близости с вампиром.

Вокруг там и тут возникали неприятные шорохи и странные, ноющие звуки, короткие и отрывистые, болезненные и опасные - выдергиваясь из звуковой ткани как непослушные нитки - на мгновение, на мгновение мгновения – и тут же погасая, затихая в шуршании свечей, в дыхании ожидания - а потом снова и снова возникая – звуковыми болезненными уколами - как если бы звуки имели глаза...
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

weissfic_k_archive: (Default)
weissfic_k_archive

July 2015

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930 31 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 06:34 pm
Powered by Dreamwidth Studios